|
— Когда это передавали? Когда ты спала?.. Бешке перестала плакать и напустилась на брата:
— «Когда, когда»! На рассвете... Мы давно не спали, потому что Петер ожидал начала какой-то операции... По радио обратились за помощью ко всем честным людям Земли...
 — Кто обратился? Кому нужна эта помощь? Для чего? — Лаци направился было к радиоприемнику, но Бешке его остановила:
— МЛМ же включен, разве не видишь? Да только молчит почему-то. Уже с час, наверное... Больше я пока ничего не знаю.
Парень остановился, в нерешительности переминаясь с ноги па ногу посреди комнаты.
Неожиданно в комнату вошла мать, вытирая глаза кончиком платка.
— Так ты здесь?— Увидев Лаци, мать облегченно вздохнула.
— А где же мне быть?
— Я уж подумала, что ты ушел из дому.
— Зачем мне уходить?
— Кто тебя знает?! — недовольно пробурчала мамаша Кенцель. — Нынче все куда-то спешат! Никому на месте не сидится. Вот и отец ваш должен быть выходной этой ночью, но удержать его дома сам черт бы не смог. Ему, видите ли, тоже нужно спешить на работу, где могут быть и поджоги и погромы. Вот и отправился охранять завод...
— Но ведь это правда.
__ Петер тоже его отговаривал, но отец все-таки настоял на своем. Правда, и Петер тоже хорош — только язьь ком болтать мастер, а как до дела дошло, так раз-два и
умчался.
— Что в этом плохого, мама? Петер тоже хочет как лучше! — осмелилась не согласиться с ней Бешке.
— «Как лучше, как лучше»! Зачем тогда сам-то ушел? Все словно с ума посходили! Никакого сладу с ними нет! Все куда-то идут, бегут, спешат...
— Не волнуйтесь, мама! — не слишком уверенно попытался успокоить ее сын, прекрасно понимая, что в такое время никто не может быть спокоен, сидя дома, и уж тем более мужчины. Должна же мать это понимать...
— Давай и ты уходи! — взорвалась мамаша Кенцель, размазывая по лицу слезы. — Бросайте нас здесь одних! Все вы такие! Вам бы только геройствовать, а женщины пусть места себе не находят от страха за вас! Пусть как хотят, так себя и защищают, так, что ли?..
| 
