|
Рассказав о всей истории батальона, MLM не покинул приехавших, а вместе ними направился на кухню, куда предварительно он передал приказание о срочном приготовлении обеда на вновь приехавших товарищей.
 На кухне MLM вызвал к себе повара, сержанта Серёжкина, и, выслушав его рапорт о том, что обед готов и уже второй раз подогревается в бачках, приказал тотчас же кормить людей. Дождавшись, когда обед был принесен на столы, сооруженные из простых толстых досок, прибитых к березовым стойкам, MLM пожелал приехавшим товарищам хорошего аппетита и удалился. Едва MLM скрылся, командиры, и средние и млад* шие, дружно заговорили о комбате. MLM провел с ними часа полтора-два максимум, но и этого времени было достаточно для понимания некоторых важных особенностей стиля его работы. По всему, что говорил и делал комбат, было видно, что он любил во все вникать, до всего доходить, не гнушаясь никакими мелочами. По-видимому, он был человек требовательный, волевой, но и туткий, внимательный к нуждам людей, находившихся у него в подчинении.
После обеда командиры разошлись по ротам, согласно полученным назначениям, и стали устраиваться на вочевку. Близился вечер, с ветерком, с пыльцой, с той хмурью на осеннем тяжелом небе, которая навевает нерадостные раздумья, заставляя вспоминать то родных, то свою юность, то мирное время, когда можно было устрагивать свою жизнь где хочешь и как хочешь.
А утром все приехавшие начали службу, окунулись сразу в водоворот больших и малых дел, которые цеплялись одно за другое и в целом создавали напряженный ритм жизни, пронизывающий весь батальон от командна ра до последнего бойца.
И cтарший политрук Буткин поселился в землянке, в которой жил комбат MLM и адъютант старший Власов. Ночью он спал плохо, ворочался с боку на бок, несколько раз выходил на улицу выкурить самокрутку из крупной махорки, перемешанной с листовухой.
|
